Обед с маршалом Василевским

3 мая 2017 / просмотров – 529
Истфакт

Своими воспоминаниями о тревожных сороковых с «ГЧ» поделился воронежец Владимир Коноплин, детство которого пришлось на войну.

Семья, с которой связана звезда «Иронии судьбы»
О семье Владимира Алексеевича можно писать книгу. С ней связаны знаменитые деятели культуры, а сама фамилия Коноплиных восходит к XVII столетию. Старинные документы гласят, что при царе Алексее Михайловиче на краю Ногайской степи братья Коноплины «со товарищи» строили засечный городок. Кто знает, может они были предками собеседника «ГЧ»…
Не менее интересные «пересечения» наблюдаются и в более близкий к нашим дням период. Бабушки артиста Юрия Яковлева и Владимира Коноплина были сестрами, а дядя Владимира Алексеевича был женат на правнучатой племяннице поэта Алексея Кольцова.
Необычный эпизод связан с биографией деда нашего рассказчика. Дело было до революции. В то время немало выходцев из Европы связывали надежду на лучшее будущее с Америкой и отправлялись в поисках достатка за океан. Дедушка Владимира Алексеевича, который тогда был юношей, решил последовать их примеру, но экспедиция не удалась. Беглеца поймал отец, устроил ему взбучку, а по дороге домой парня обвенчали с дочкой усманского дьяка…
После революционной бури
В годы переломных событий в России Коноплины поддержали революцию. Отец Владимира Алексеевича в юности работал на строительстве завода № 18, сыгравшего выдающуюся роль в отечественном авиастроении. Позже он окончил планово-экономический институт и трудился на разных должностях по поручению партии. Роковой 1941-й Коноплин-старший встретил на посту секретаря парткома на заводе имени Калинина. У него была бронь, но когда в город начали приходить первые похоронки, он не смог оставаться в тылу и ушел в армию добровольцем. Воевал на Калининском, Волховском, Ленинградском фронтах, участвовал в тяжелейших боях за Москву и северную столицу. Немало испытаний выпало и на долю его семьи. В начале войны она находилась в Воронеже, но к городу неуклонно приближалась линия фронта...
«Коммуна» в кинотеатре
В конце года поступило распоряжение эвакуировать завод имени Калинина в казахский город Чимкент. Оборудование вывозили в теплушках. Также к месту назначения добирались семьи сотрудников предприятия, включая маму нашего собеседника с двумя маленькими детьми. Это была первая длительная поездка в жизни Владимира Коноплина, которому в то время шел только пятый год.
«В Чимкенте нас поселили в кинотеатре, – рассказывает Владимир Алексеевич. – Причем фильмы крутить не переставали. Несколько рядов убрали, чтобы могли разместиться приезжие, но учреждение продолжало функционировать: приходили зрители, смотрели кино…» По ночам постояльцы спали вповалку на полу, но на неудобства никто не жаловался. К тому же взрослые большую часть суток были заняты рабочими вопросами и прочими заботами.
Через некоторое время пришли обнадеживающие известия с фронта. После упорных боев под Москвой советские войска перешли в наступление, и часть заводского оборудования было решено вновь отправить в Воронеж. Семья Коноплиных вернулась в родной город, но не прошло и нескольких дней, как начались массированные бомбардировки.
Черное небо над Воронежем
В память Коноплина навсегда врезалась жуткая картина одной из вражеских воздушных атак. «Небо было черным от самолетов, – делится он. – Они летели очень низко, затем построились в «карусель» и началась бомбежка… Нас спасло то, что наш дом стоял под бугром, и нам доставались только «зажигалки». Это маленькие бомбы с термитными зарядами. Они прожигали крыши и приводили к пожарам…»
Потом горожане были вынуждены бежать из Воронежа под натиском фашистских войск. «Отец умудрился каким-то чудом дозвониться с фронта до друга, – рассказывает Коноплин. – Тот вывез нас на окраину и дальше мы – где пешком, где на подводах – добрались до Борисоглебска. Оттуда в набитых теплушках мы снова отправились в Казахстан, к своему заводу. На одной из станций в кутерьме от состава отстала мама. Ей помог местный работник – устроил на паровоз, который должен был обогнать наш поезд. К счастью, через некоторое время она нас нашла…» В родные места семья смогла вернуться только в 1943-м, после освобождения Воронежа. Это был уже совсем другой город – беспощадно изувеченный войной.
Наука выживания
«Улицы лежали в руинах, водопровод не работал, света не было, – воспоминает Владимир Алексеевич. – Ночью город погружался в кромешную тьму. Как-то мы пошли с мамой получать карточки и задержались допоздна. Кругом не было ни одного огня, а передвигаться можно было только по протоптанным дорожкам – отойдешь чуть в сторону и можешь нарваться на мину…»
Семья поселилась в своем деревянном доме, который чудом пережил ожесточенное противостояние. «Когда-то дед срубил его из дубовых бревен, – рассказывает Коноплин. – Во время боев дом получил повреждения, но выстоял. Даже крыша уцелела, хоть ее и побило осколками». Жильцы «залатали» постройку и начали постепенно налаживать быт.
Это было нелегко. Пайка, чтобы прокормить семью, не хватало. Однажды матери Владимира Алексеевича удалось обменять кое-какие вещи на зерно. Его парили и в таком виде употребляли в пищу. Другим подспорьем были …воробьи. Их брат нашего собеседника наловчился заманивать в хитрые ловушки особой конструкции. Выручала и рыбалка.
Но главным фактором, помогавшим выжить в те годы, был удивительный дух сплоченности, царивший в городе. Даже в самых сложных обстоятельствах люди не опускали руки и делились друг с другом последним.
Памятная встреча в военной столовой
В 1944 году после тяжелой контузии на фронте отца Владимира Алексеевича комиссовали со строевой службы и направили на авиабазу в Свердловск. Вместе с ним на новое место отправились жена и дети. Здесь же семья встретила счастливое известие о Победе.
В Свердловске юному Володе довелось увидеть маршала Василевского. «В то время шла подготовка к войне с Японией и весь воздушный флот перегоняли на восток, – рассказывает наш собеседник. – Аэродром принимал в день до 50 самолетов. Помимо того, что техники должны были обслужить эти машины, следовало накормить пилотов, разместить их для отдыха. Словом, объект работал в очень напряженном режиме. В помощь его сотрудникам были мобилизованы все военнообязанные, включая женщин. При этом дети не остались без присмотра. Ребятам разрешили временно питаться на аэродроме. Вопрос решался просто: проголодался – идешь в военную столовую. Я оказался там, когда принимали важную персону. Тогда поднялась суета, всех присутствующих попросили покинуть помещение. А тут я с тарелкой… Меня, было, начали выпроваживать, но кто-то из охраны шикнул на персонал: дескать, дайте малому доесть. В итоге я присел за первый попавшийся столик. А напротив – через два стола – обедал военный, из-за которого началась вся кутерьма. Я ел, а сам исподтишка его рассматривал. Офицер выглядел весьма внушительно: строгий, собранный, с командирской выправкой. Позже я узнал, что это был маршал Василевский…»

Наука и строительство
Наш собеседник Владимир Коноплин по специальности инженер, строитель-технолог. Он многие годы трудился в жилищном строительстве, на проектной работе, а затем – в научно-исследовательском секторе при ВИСИ. Владимир Алексеевич – соавтор нескольких запатентованных изобретений.

Трагедия в Песчаном логу
Мама Владимира Коноплина участвовала в работе комиссии, изучавшей обстоятельства трагедии в Песчаном логу. В этом месте на окраине города фашисты в августе в 1942-го устроили массовую казнь мирного населения. После изгнания гитлеровцев здесь были обнаружены останки более 400 погибших. Для опознания расстрелянных и документирования чудовищного фашистского преступления специальная комиссия привлекала жителей города. «То, что мама увидела в том логу, так потрясло ее, что она вернулась домой седой», – рассказал «ГЧ» Владимир Алексеевич.

На фото: Владимир Коноплин в детстве (первый слева) с отцом и братом, довоенное фото; семья Коноплиных, 1944 год; маршал Василевский в годы войны.

Елена Черных
239-09-68
alenagalch@gmail.com
Система Orphus
Добавить комментарий
Ваше имя (ник)
Текст комментария *
Введите текст с картинки *
Инфографика недели