Роботы-поэты и «умные» мусорные баки

27 июля 2017 / просмотров – 669
Экономика

Пока нейросеть «Сбербанка» пишет оды, а беспилотные автобусы «MatrЁshka» в тестовом режиме курсируют на острове Русском во Владивостоке, в Воронеже строится «умный дом», создаются трекеры для очков виртуальной реальности, а студенты обучают искусственный интеллект.

Для России понятие цифровой экономики пока нельзя назвать общедоступным и раскрытым. Как правило, под ним подразумевается цифровизация (преобразование информации в цифровую форму) в различных областях, в частности,в здравоохранении, строительстве, образовании. Это и «умные города», и электронный документооборот, и повсеместное внедрение широкополосного доступа в интернет и принятие законов, регулирующих использование технологий Интернета вещей, blockchain и Big Data. Иными словами, под цифровой экономикой понимается любая экономическая деятельность, основанная на цифровых технологиях.

Процесс цифровизации стремителен и необратим, потому обществу, как минимум, необходимо понимание принципов работы технологий и осознание их доступности. А как максимум, требуется создание бизнес-решений для меняющейся действительности.

Машинное обучение

Понятием «искусственный интеллект» обозначается способность системы к обучению и использованию имеющихся данных для решения определенных задач. И, надо полагать, возможности применения искусственного интеллекта ограничиваются только фантазией человека: самоуправляемые автомобили, домашние ассистенты, системы предупреждения аварийных ситуаций, программы по распознаванию лиц.
В Воронеже базу для реализации проектов в этой сфере решила подготовить студия Surf совместно с факультетом ПММ Воронежского государственного университета: с 17 по 31 июля проводится бесплатный курс «Искусственный интеллект: машинное обучение». В качестве участников программы приглашали не только студентов ПММ и ФКН, но и всех желающих, у кого имеется опыт в работе с вычислениями и кодом. Занятия проходят ежедневно по будням, за две недели обучения участники приобретут как теоретические знания, так и практические навыки. Как сообщил замдекана факультета ПММ Константин Федутинов, летняя школа по искусственному интеллекту – это «первая ласточка» дополнительного образования по технологиям машинного обучения.

О состоянии искусственного интеллекта в Воронеже «ГЧ» побеседовала с PR-директором студии Surf Вадимом Мазиным.

- C 17 по 31 июля студия Surf и факультет ПММ ВГУ проведут бесплатную летнюю школу «Искусственный интеллект: машинное обучение». Вы отобрали всего 20-25 человек. А как много было желающих?

Всего мы получили 121 заявку. Наша аудитория — мотивированные на развитие студенты и молодые специалисты, хотя попадались даже кандидаты технических наук. Машинное обучение — профессия будущего, и многие это уже поняли.

- Какие практические задания будут выполнять участники курса? Учить нейросеть писать стихи или дорисовывать изображения?

Просто взять и начать тренировать нейросети нельзя, требуется хороший математический и технический базис. Мы хотим, чтобы студенты не просто повторяли чужие успехи, а смогли вникнуть в специфику области и создавать будущее самостоятельно. Самое главное — заложить те кирпичики, на основе которых наши ученики построят большие сервисы, будь то написание стихов или машинные раскраски.

- Есть ли в Воронеже поле для применения полученных в Machine Learning знаний и что оно из себя представляет?

Рынок труда здесь только складывается. В Воронеже проекты с искусственным интеллектом есть у Surf, мы сейчас делаем ставку в бизнесе именно на машинное обучение. Слышал о том, что проекты в этой области существуют и в DataArt. Наша миссия сегодня — помогать формироваться рынку, как в бизнесе, так и в образовании. Мы рассказываем крупным брендам о том, как искусственный интеллект может зарабатывать им деньги. А студентам помогаем освоить самую востребованную уже завтра профессию. То, что мы делаем, считаем инвестициями в будущее.

- Как вы считаете, отстает ли Воронеж по уровню развития цифровой экономики от других городов России?

Воронеж не только не отстает, но и стремительно двигается к лидерским позициям. Конечно, сейчас возможностей здесь меньше, чем в Москве. Но ситуация быстро меняется, и Воронеж к этим изменениям готов. У нас есть одни из лучших технических факультетов в стране, есть офисы отличных IT-компаний. Мы верим, что будущее нашего города — в новых технологиях.

Интернет вещей

При упоминании термина «интернет вещей», как правило, возникают ассоциации с чайником, управляемым с помощью выхода в сеть или холодильником, напоминающим о том, что закончилось молоко. Поскольку к интернету можно подключить практически любую вещь, «умные» технологии сейчас интегрируют фактически во все области человеческой деятельности.

В текущем году Воронежская область стала пилотным регионом для японско-российской программы формирования комфортной городской среды. Проект «Удобный Воронеж» состоит из нескольких направлений, в частности, строительство «умного дома» и интеллектуальной системы управления дорожным движением. «Умный дом» возводят в кампусе Воронежского государственного технического университета, к августу здание уже будет построено. Исходя из плана проекта, дом представляет собой деревянную двухэтажную постройку, оснащенную различными датчиками, в том числе, реагирующими на повышение давления или температуры у жильцов. Электричество обитатели дома будут получать от солнечных батарей, установленных на крыше.

Интеллектуальная система контроля дорожного движения координирует работу светофоров. Допустим, при высокой загруженности дорог в том или ином участке зеленый свет для автомобилей горит дольше. Подобная система обеспечивает максимальную пропускную способность каждого перекрестка и в значительной степени снижает количество пробок. К осени нынешнего года японская компания Kyosan Electric оснастит перекрестки Воронежа 145 «умными светофорами».

О сегодняшнем же положении цифровой экономики в столице Черноземья рассказывает региональный представитель ФРИИ (Фонд развития интернет-инициатив) в Воронеже Владимир Бабкин.

- Есть ли в нашем регионе инновационные разработки по направлениям Machine Learning, блокчейн, Интернет вещей, Big data?

На моей практике еще не было разработок по блокчейну. По машинному обучению проекты есть. К сожалению, их очень мало, хотя сейчас они на пике интереса.

- Вы довольно часто проводите мероприятия для стартаперов в регионах, в частности, в Воронеже. В каких сферах чаще всего появляются новые проекты у воронежцев?

Чаще всего появляются маркетплейсы - онлайн-площадки, собирающие информацию о товарах и услугах разных компаний, всевозможные агрегаторы.

- На вашем сайте указан ряд критериев для вступления в акселерационную программу, в частности, готовая бизнес-модель, опыт и квалификация команды. Часто ли вам приходится отклонять заявки в связи с несоответствием проектов этим критериям?

У нас есть двухмесячная заочная акселерационная программа, помогающая участникам поработать над своим проектом. Здесь критерии немного отличаются. Команде достаточно иметь работающий прототип и быть технически готовыми к началу первых продаж.
Заявки мы отклоняем довольно часто, потому что у разработчиков, как правило, есть только идея, недостаточен рынок, нет явного конкурентного преимущества. Если говорить о статистике, в каждый набор Акселератора (3 раза в год) со всей России к нам поступает порядка 700 заявок, из которых отбираются в программу и получают инвестиции только 30.

- Как вы считаете, в чем основная проблема медленного темпа развития инновационных проектов в нашем регионе и вообще существует ли эта проблема?

Основная проблема, не связанная непосредственно с Воронежем – это отсутствие опыта в бизнесе. На первых стадиях предприниматели тратят очень много времени на обучение и получение опыта, а стартап должен быть быстрым и гибким. Участники нашей акселерационной программы за 3 месяца приобретают тот уровень компетенций и навыков, которого смогли бы достигнуть за 1.5 года самостоятельной работы.
Что же касается проблемы Воронежа, близость к Москве играет негативную роль в развитии инновационных проектов, потому что многие разработчики уезжают в столицу. Здесь инфраструктура недостаточно подготоговлена для исследований и разработок. У нас есть филиалы, например, в Томске и Красноярске. Эти города удалены от Москвы, благодаря чему вынуждены создавать собственные площадки для работы над проектами.

- Расскажите о самом успешном кейсе в Воронеже.

Стартап Antilatency, специализирующийся на разработках в сфере виртуальной реальности. Основали компанию воронежцы Андрей Десятов и Петр Севостьянов, директор по маркетингу - Роман Вдовченко. ФРИИ инвестировала в Antilatency 120 миллионов рублей.

Виртуальная и дополненная реальность

Antilatency занимается созданием системы для отслеживания положения пользователей, которая крепится к VR- и AR-очкам (Virtual Reality – виртуальная реальность, Augmented Reality – дополненная реальность). Трекер предсказывает координаты пользователя, что позволяет уменьшить задержку в прорисовке изображения и снизить риск головокружения и дезориентации пользователя.

Возможности виртуальной и дополненной реальности издание «ГЧ» обсудило с PR-менеджером Antilatency Ильей Сладких.

- С чего начиналось создание Antilatency? Как к вам пришла эта идея?

Идея пришла Петру Севостьянову, нашему техническому директору. В 2010 году вместе с Андреем Десятовым, нынешним генеральным директором Antilatency, они основали свою первую компанию по производству голографических столов. По периметру стола находятся 4 камеры, которые считывают положение пользователя и в зависимости от того, где он находится, картинка достраивается и изображение, которое пользователь видит в 3D-очках, выглядит как настоящее.
Позже появилась вторая идея — создать трекер для 3D-очков, но виртуальная реальность начинала набирать обороты, и мы решили устремиться именно в эту сферу. Так в 2015 году появилась компания Antilatency, основным продуктом которой стал ALT — трекер для виртуальной реальности.

- Сегодня некоторые крупные компании создают шлемы виртуальной реальности с уже встроенной трекинговой системой. Вы же занимаетесь компенсацией недостатков уже существующих шлемов?

Это не совсем корректно. Существует два типа виртуальной реальности: мобильная и десктопная (компьютерная). Шлемы мобильной виртуальной реальности, вроде GearVR или Cardboard, не имеют трекинга совсем. Мы разрабатываем трекинговую систему именно для таких шлемов.

- Инвестиции, полученные от ФРИИ вы планируете использовать для выхода Antilatency на зарубежный рынок. Будут ли трекеры продаваться в России?

Российский рынок пока под вопросом. У нас три основных рынка: США, Азия и Европа. Какая-то часть продукции, скорее всего, будет реализована среди российского комьюнити, но полноценный выход на отечественный рынок мы пока не планировали.

- Какой сегмент реализации трекинговых решений для вас приоритетнее: b2c или b2b?
Изначально, разрабатывая трекинговую систему, мы предполагали, что это будет консьюмерским решением, то есть, b2c, но также мы прекрасно понимали, что не обойдемся одним сегментоМ для физических лиц, поэтому будем развиваться в рамках b2b. В основном, это VR-аттракционы.

- На сегодняшний день VR на российском рынке присутствует разве что для частного использования геймерами или в клубах виртуальной реальности. Что, на ваш взгляд, мешает распространению этой технологии на сферы образования, продажи недвижимости, медицину? Только ли проблема в недостаточном финансировании со стороны государства или существуют другие проблемы?

Мне кажется, что интерес должен быть с обеих сторон. И медицинские, и образовательные учреждения должны быть заинтересованы в том, чтобы под их нужды создавался контент. Необходимо, чтобы был спрос. Что же касается VR в недвижимости, у нас она и сейчас достаточно часто используется. Например, покупатель квартиры в недостроенном доме может посетить офис застройщика и увидеть, как будет выглядеть здание.

- Есть ли у вас прогнозы относительно судьбы VR в ближайшие десять лет? Станет ли эта технология столь же доступной, как и, например, смартфоны?

Виртуальная реальность, на самом деле, уже сейчас доступна, просто не многие об этом знают. С появлением инструкции как сделать Google Cardboard (шлем виртуальной реальности – прим. ред.), любой может самостоятельно его собрать при наличии картона и специальных стекол. Если нет желания собирать вручную, можно приобрести в магазинах от 500 р. Проблема в том, что эта технология еще не прижилась и необходимо осознание, что виртуальная реальность - это не что-то футуристическое, предназначенное для избранных. Как только у людей появится это осознание, виртуальная реальность придет в каждый дом.

- Есть ли у Воронежа предпосылки для инновационных разработок и их внедрения?
Довольно сложно говорить именно о Воронежской области. У нас есть интересные кадры, но необходимо, чтобы инфраструктура развивалась. Инновации могут появиться в любом уголке нашей страны, нужно только желание и способности.

Учитывая оценки специалистов в различных направлениях цифровой экономики, можно заключить, что у Воронежской области существует ряд проблем в части инновационного развития, но имеется и неплохой потенциал для исследований. Вероятно, отсутствие понимания способов реализации цифровой экономики и является камнем преткновения. Отсутствие осознания важности, и в то же время вседоступности новых технологий.

 

Справка «ГЧ»

Искусственный интеллект. Как программа AlphaGo, разработка дочерней структуры Google, обыграла чемпиона по игре в го Ли Седоля? Добиться победы в более сложной, нежели шахматы, игре, программе помогла технология «глубокого машинного обучения». Сначала AlphaGo проанализировала 30 млн ходов профессиональных игроков, а после стала играть сама с собой. Сыграв миллионы партий, программа научилась определять наиболее выгодное положение камней на доске.

Справка «ГЧ»

Виртуальная реальность вносит в образование наглядность, отчего усвоение знаний становится эффективнее. Так, компания VRAr lab провела экспериментальный урок по физике, посвященный теме электрического тока. Надев очки, пользователь видел визуализированную электрическую цепь, попадал внутрь проводника, изучал его строение. Результат оказался отличным – лишь 8,5% учеников не усвоили материал.

Справка «ГЧ»

Интернет вещей реализуется во всех сферах жизнедеятельности. Взять хотя бы мусорные баки BigBelly, сообщающие бостонским дворникам, когда нужно их освободить: внутри баков находятся датчики, собирающие необходимую информацию. Урны BigBelly работают на солнечных батареях, а полученная энергия позволяет уплотнять мусор в 5 раз. Таким образом, сокращается частота вывоза мусора, что влечет за собой уменьшение производства углекислого газа.

Экспертное мнение

PR-директор студии Surf Вадим Мазин

Экспертное мнение

Региональный представитель ФРИИ в Воронеже Владимир Бабкин

Экспертное мнение

PR-менеджер Antilatency Илья Сладких

Ольга Такмазьян
239-09-68
36glch@gmail.com
Система Orphus
Добавить комментарий
Ваше имя (ник)
Текст комментария *
Введите текст с картинки *
Инфографика недели