«Политически неблагонадежный» Барон. Как связан с воронежским краем первооткрыватель латышского эпоса?
Опрос В Госдуме планируют рассмотреть законопроект, обязывающий медицинские учреждения пропускать родственников в реанимацию. Как вы относитесь к этой инициативе?

«Политически неблагонадежный» Барон. Как связан с воронежским краем первооткрыватель латышского эпоса?

27 октября 2015 / просмотров – 1222
Истфакт

В 1867 году в Воронежскую губернию прибыл латыш Кришьянис Барон. Незадолго до этого в Петербурге закрыли газету, которая была его детищем, а сам он оказался под надзором полиции и почти без средств к существованию. На новом месте «политически неблагонадежного» приезжего приютила известная семья Станкевичей. Пройдет время, и этот человек станет настоящей легендой латышской фольклористики…

Суворовский стипендиат
Наш герой родился 180 лет назад в поместье Струтеле, где его отец служил приказчиком. Семья у будущего ученого была простая, с крестьянскими корнями, но родители тянулись к просвещению и также воспитывали своих восьмерых детей. Кришьянис был самым младшим среди них и наиболее одаренным.
Мальчик успешно окончил начальную школу и поступил в более крупную, в портовом городе Виндава. Здесь его заметил глава Прибалтийского края, внук знаменитого полководца Александр Суворов. Высокий гость прибыл сюда с проверкой и пожелал увидеть самых перспективных учеников. Преподаватели представили ему Кришьяниса. После этого знакомства пареньку была назначена стипендия для продолжения образования в Митавской гимназии, которая вела свою историю с XVIII века. Барон доверие оправдал. Он не только блестяще проявил себя на занятиях, но и систематизировал местную библиотеку.
Идеолог «национального пробуждения»
В 1855 году Кришьянис окончил учебное заведение с отличием и поступил в Дерптский университет. Здесь юный студент с энтузиазмом изучал точные науки и не только. Он часами просиживал в библиотеке, штудируя источники, связанные с фольклором. Особенно его увлекали этнографические труды, в которых нашла отражение история Прибалтики.
В своем стремлении изучить родную культуру Барон нашел немало единомышленников. В одном из писем к брату он рассказывал: «Я тут познакомился с соотечественниками (…) Мы собираемся, обсуждаем, что можно сделать для развития народа». Впоследствии этих юных исследователей и общественных деятелей назвали младолатышами. Они занимались языкознанием, историей, фольклористикой, выступали против засилия в Прибалтике дворян немецкого происхождения, ратовали за просвещение широких слоев населения. Нередко деятелей этого движения именуют идеологами «латышского пробуждения». Барон был в числе их самых пламенных лидеров.
«Вечное поле битвы»
В 1859 году Кришьянис был принят на службу в Министерство финансов и перебрался в столицу. Рабочие обязанности он совмещал с научными изысканиями и общественной деятельностью. Вскоре вышел его труд по латышской истории «Описание нашего отечества». А в 1862-м Барон стал одним из издателей, редакторов и авторов газеты «Петербургас Авизес» – главного печатного органа младолатышей.
Здесь публиковались статьи на самые разные темы – от здравоохранения до международной политики. Тут же вышло первое изложение эволюционной теории на латышском под названием «Вечное поле битвы»… Газета пользовалась большим успехом у читателей и сыграла значительную просветительскую роль. Однако ее реформаторский пафос вызвал протесты у прибалтийского дворянства. В итоге в 1865 году «Петербургас Авизес» была запрещена. Одновременно начались репрессии против ее создателей.
Под «колпаком» у жандармов
Барон попал под надзор жандармского управления и фактически получил «волчий билет» – его не брали на работу как «политически неблагонадежного». А между тем Кришьянису нужно было как-то кормить семью: он женился и в 1865-м у четы появился первенец. Выбраться из гнетущей ситуации помог земляк, который преподавал в Воронежской губернии. Он порекомендовал нашего героя помещику Ивану Станкевичу в качестве домашнего учителя. Тот согласился, несмотря на предупреждение «доброжелателей» из числа жандармов. В 1867-м Барон приехал в его имение в селе Удеревка* под Острогожском.
Домашний учитель Станкевичей
Род Станкевичей прославил Николай – философ, публицист, основатель кружка, который в 1830-е годы входили выдающиеся общественные деятели. Участниками этого неформального объединения были Виссарион Белинский, Василий Боткин, Михаил Бакунин, Константин Аксаков… С именем Николая также связывают «открытие» Алексея Кольцова. Следует отметить и то, что младший брат мыслителя – Александр был весьма известным в свое время писателем.
Иван Станкевич впитал культурные традиции своей семьи. Вот как писал о нем впоследствии Барон: «Он был по своим воззрениям свободомыслящим и гуманным человеком, без всяких религиозных и национальных предрассудков». Кришьянис стал для него не только учителем его детей, но и другом. А юные воспитанники в своем наставнике просто души не чаяли! Их общение не ограничивалось кабинетным изучением предметов. Они вместе сажали деревья, плавали на лодке под самодельным парусом, ходили в походы, катались на коньках… Много времени семья проводила в Острогожске, где у Станкевичей был свой особняк. Тогда в этот дом приезжал и верный домашний учитель.
«Отец дайн»
Барон жил в Воронежской губернии вплоть до начала 1880-х – пока дети не выросли. Но и после этого он был частым гостем в имении Станкевичей. Известно, что здесь ученый готовил к изданию дайны – латышские песни, изучать которые он начал еще в молодости.
В этих произведениях отразились самые разные грани жизни простого народа. Искусствоведы называют их «эпосом повседневности». Работа, которую проделал Барон для сохранения этого пласта культуры, тоже поистине эпична. С 1880-х он долгие годы собирал, обрабатывал, систематизировал дайны, чтобы «драгоценная память предков не ушла во тьму забвения». Первая тетрадь сборника была издана в 1894-м. За ней последовали новые части. К 1915-му было уже шесть томов, содержащих 6256 страниц и 217996 песен. Это один из самых монументальных трудов в мировой фольклористике, за который Барона прозвали «отцом дайн». Однако и после такого серьезного вклада в культуру ученый не собирался почивать на лаврах. Он продолжал исследования в области фольклора вплоть до самой кончины в 1923 году.

*Ныне – Мухо-Удеревка Алексеевского района Белгородской области.

Первая книга
Родители ученого Кришьяниса Барона в свое время купили очень дорогое издание «Книги песнопений и молитв», которое за массивность в семье прозвали «пудовиком». Чтобы прочесть драгоценный фолиант, мать будущего исследователя – простая крестьянка – специально освоила грамоту. По этой же книге она учила азбуке юного Кришьяниса.

Шкаф-энциклопедия
Фольклорист записывал латышские народные песни на отдельных листах бумаги, которые поначалу хранил в пустых коробках из-под папирос. В 1880 году он заказал особый шкаф с большим количеством отделений, в каждом из которых могло поместиться до двухсот листов. Ученый использовал его для хранения и систематизации собранного материала.

Елена Черных
239-09-68
alenagalch@gmail.com
Система Orphus
Добавить комментарий
Ваше имя (ник)
Текст комментария *
Введите текст с картинки *
Инфографика недели