Игорь Скляр: «Моя профессия – как русская рулетка»

8 февраля 2016 / просмотров – 846
Культура

Приехав в столицу Черноземья с гастролями, известный актер и певец рассказал «ГЧ» о секрете семейного счастья, трудностях правильного выбора, проблемах современного кинематографа и надуманных волнениях по поводу экономического кризиса.

Профессионалов стало меньше из-за евролиберализма

– Игорь Борисович, 2016-й объявлен в России Годом кино. Как вы считаете, какие проблемы есть в этой сфере?

– Какая жизнь – такое и кино. Любя историю и философию, могу сказать: каждый народ заслуживает то правительство и те картины, которые имеет. Не нравятся современные работы? Смотрите старые фильмы. Хотя хороших сценаристов, режиссеров и актеров никогда не было много. Да, сегодня средний уровень понизился потому, что мы решили примкнуть к евролиберализму. Как малые дети, которые клюют на яркую обертку и не задумываются, что внутри. Молодое поколение выбирает «Пепси». А то, что этот напиток гвозди растворяет – дело второе. Но я вас уверяю, и сейчас есть профессионалы. Просто их стало меньше.

– Среди общей массы предложений часто попадаются достойные роли?

– Плохие сценарии я не рассматриваю. Это понятно с первой страницы. Читаешь и видно – сплошная вода. Рассчитано на то, чтобы растянуть на несколько серий, одни разговоры, ничего не происходит. Неинтересно. Я участвую в тех проектах, где есть правда жизни. Начиная с интерьеров, реквизита, костюмов, причесок, слов и ситуаций. Там, где есть, что сыграть. Ведь сначала зритель начинает доверять, а потом – сопереживать.

– А если актеры и режиссер хорошие, а сценарий не очень, согласитесь?

– Возможно. Бывают такие случаи, когда команда «вытягивает» фильм. Но я, если честно, с этим не сталкивался. Скорее наоборот. Сценарий неплохой, актеры симпатичные, а не получается самое главное. Катарсиса нет. Чтобы люди завибрировали. Но кино всегда чуть-чуть лотерея. Ты играешь с собственной жизнью. Профессия артиста похожа на русскую рулетку.

До маньяков и киллеров еще не дорос

– Скоро на Первом канале состоится премьера сериала «Семейный альбом». Расскажите о нем и о персонаже, которого вы играете…

– Это конец 50-х – начало 60-х. Большая семья, дача в Комарово. Родители моего героя – академики, я – профессор. Жених моей дочери – доцент. Он изобрел лазер, но в Советском союзе ему запрещают работать в данном направлении. Это почти достоверная история. Молодой человек стоит перед выбором. И это самое интересное. Наша судьба складывается из таких решений. Не ту женщину выбрал, не в ту компанию попал, не в том шоу снялся... И наоборот. Посеешь поступок – пожнешь привычку. Посеешь характер – пожнешь суть. И вот он нелегально уезжает в Америку. Там есть все – лаборатория, успех, свобода, но впоследствии герой понимает, что без любви, семьи, страны ему невмоготу. Конец несчастливый. Он возвращается на Родину, а близкие не могут его простить потому что, чтобы уехать, он инсценировал свою гибель. Принял неправильное решение. Когда кажется, что работа главнее, вы выбираете карьеру, а потом в возрасте – ни детей, ни семьи. Молодость, красота, слава быстро уходят.

– Вам понравилось сниматься в детективе «После убийства»?

– Конечно. Это психологический детектив, где Кирилл Кяро играет немного шизофреничного психоаналитика. По сюжету его приглашают в качестве консультанта разбираться в истории преступника, который сидит в тюрьме. Тем временем злодеяния продолжаются… Я там – умирающий драматический персонаж.

– Не маньяк?

– Нет, ну что вы. До маньяков, киллеров и гомосексуалистов я еще не дорос.

Кризис? Бывали времена и похуже

– На Украине ведут борьбу с советским и российским кино, вас включили в список «невъездных»… Как вы к этому относитесь?

– Вообще никак. То, что происходит на Украине – детский сад. Ведут себя как малыши в песочнице и при этом учат пожилых людей правильно жить. Они пытаются переписать историю, но, вспомните: такого государства как Украина никогда не было. Кто их герои? Предатели, изменники и негодяи. Вряд ли при таком раскладе что-то получится. Нельзя создать что-то хорошее на пустом месте.

– В нашей стране тоже не все гладко – кризис.

– На моей памяти были ситуации тяжелее, неустроеннее. И ничего, жили! Отец рассказывал, как их в плен угоняли в Германию. Наверное, это было драматичнее. Мальчишки прятали старшую сестру в сено (их везли в вагоне с животными), чтобы ее не изнасиловали по дороге. В общем, обстоятельства бывают разными. Какой кризис? В чем? Где? Вражда между территориями всегда была и будет. Это суть жизни нашего государства и всего мира в целом. Кто хочет быть первым, завоевывает земли. А кому-то достаточно грызть свой шоколад и купаться в теплой луже недалеко от дома. В Европе тоже не сахар. Это свойство молодых и неопытных умов, считать, что соседская свадьба лучше, а чужой торт слаще. Я вас уверяю, это не так. У них такие проблемы, что нам и не снились! А кризис только в головах…

Жизнь без всплесков и трудностей – не приключение

– В декабре вам исполнилось 58, а энергии и оптимизма не занимать. В чем секрет?

– Человека определяет внутреннее содержание. Если жизнь тебе интересна, ты движешься в нужном направлении, а не борешься с лишним весом и не изображаешь блеск в глазах с помощью капель. Я люблю свою работу и не щажу себя. Недосыпаю, нервничаю, спорю, и в итоге что-то рождается. А есть люди, которым абсолютно пофиг. Хотя, казалось бы, они тоже участники процесса под названием жизнь.

– Ваш сын Василий выбрал свой путь, определился будет ли актером или посвятит себя служению Богу?

– Сейчас он работает в Софийском соборе и в этом году будет поступать в семинарию на заочный. У него есть подрясник, во время службы он красиво поет... Конечно, жаль, что не пошел в артисты, я видел его на театральной сцене, у него хорошие задатки, чувство юмора... Но на ребенка можно влиять до 5 лет, далее он решает сам. Это его выбор. В соборе должность ответственная, окружающие его любят. Там и философия есть, и актерство, потому что ты все время на публике, на тебя смотрят, внемлют. Как я могу быть против, если это его жизнь?

– С супругой вы вместе почти 40 лет. Легко ли дается семейное счастье?

– Официально 28. Мы поженились после 10 лет совместной жизни. Она трудится в театре, из которого я ушел. У нас есть дом, сад, собаки, конь… Когда люди идут под венец в 20 лет, а через 2 года разбегаются, они не думают. Ведь целоваться приятно, а нюхать чужие носки или перегар – не очень. Это длинное приключение. Со стороны, возможно, оно выглядит гармоничным, но и у нас бывают разборки. Жизнь без всплесков и трудностей – не приключение. Хорошо, если ты сделал правильный выбор. И не важно, разгадываете ли вы кроссворд или гуляете по парку под ручку. Главное, что этот человек принесет тебе стакан воды перед последним вздохом. Хотя в 25 лет были совсем другие мысли. О том, где бы найти запирающуюся дверь и кровать без скрипа.

– Вы осуждаете тех, кто женится на молодых?

– Нет. У всех разные взгляды на жизнь. И я, поверьте, не такой уж святой и правильный. В природе и человеческой натуре много чего намешено.

Ольга Ласкина
Система Orphus
Добавить комментарий
Ваше имя (ник)
Текст комментария *
Введите текст с картинки *
Инфографика недели